Мать соблазнила малолетнего сына к сексу рассказы

Рассказ матери о своей жизни, сыне и его семье


Задвинул зад за дверь моечной и позвал:- Пошли, Ириш!- Куда?- Как куда? Мыться.С распаренного лица капала вода, один глаз мигал, другой вращался. Я вдруг поняла, что стесняюсь наготы, и его, и своей. Удивилась — что это я, ни с того, ни с сего, стеснительной стала?- Не…- Ну, как хочешь.

Пей квас и иди мойся, я отдохну пока. Так мы и мылись — по очереди, запоздало стесняясь друг друга.

Саша ходил в парилку еще. Баня настолько меня измотала, что я не знала, как выбраться из моечной, как одеться. Побрела в дачный домик, где и упала на кровать. Ужин я приготовила заранее, перед баней, на летней кухне.

Кухонька аккуратная, с нарисованным на всю стену пейзажем, с занавесками. В углу на табурете стояла гитара.

Теперь мы с Сашей ужинали и рассказывали друг другу о себе.

Познакомились мы два года назад.

Точнее, только видели друг друга на судне, где Саша в то время был третьим помощником.

История из моей жизни

Сын у меня один. Родила я его рано, когда все мои подружки еще по танцам бегали и веселились.

А мне вот Бог послал подарок – встретила мужчину, и не раздумывая выскочила за него замуж.

Мама с отцом, кончено, сперва Гену в штыки приняли – на 20 лет старше их девятнадцатилетней дочери, за плечами развод и алименты, но с годами смирились с моим выбором.

Геннадий очень заботился обо мне и нашем сыне, все это отмечали. Не смотря на инвалидность (порок сердца с детства), он имел хорошую должность, был активным и как говорили тогда «пробивным». Зарабатывал достаточно: мы и на море в отпуск ездили, и одежду хорошую покупали, и дачу отстроили.

С ним я действительно была как за каменной стеной и о другом мужчине и не помышляла.

Так и прожили 35 лет. А как одна осталась – открыла для себя множество увлечений – Интернет освоила, за границу стала ездить по турпутевкам, наконец до библиотеки добралась – не до скуки вовсе. Так что я не всегда понимала своих ровесниц, которые полностью погрузились на старости лет в заботы о детях и внуках.

У меня, как мне казалось, жизнь и у самой бьет ключом. Сына Лёню мы воспитали по нашим понятиям настоящим мужчиной.

Муж говорил, что глава семьи должен быть ответственным за все важные решения, должен заработок основной приносить, и по дому все делать уметь.

Сын с детства видел, что я в основном по дому хозяйничала, всегда прибрано у нас было, обед вкусный приготовлен. Ленька с ранних лет и гвоздь забить куда надо мог, и сумки тяжелые мне подносил, и с образованием сам решил – заявил, что руками работать хочет, на завод пошел в слесаря. А про высшее образование сказал, что ни к чему ему.

Мы и не настаивали — главное, чтобы сын был достойным человеком. Девушек менял как перчатки – красивый и статный сынок вырос.

Но до свадьбы как-то не доходило, расставался со всеми, полюбовно.

Без всяких там дрязг, скандалов, судов. Отец так и не дождался невестки, не увидел.

Жениться Леня решил уже после его смерти.

Привел в дом Катю, милую полненькую хохотушку.

Меня Катюша почти сразу мамой называть стала – сама-то она детдомовская оказалась. Так и жили мы втроем, я в маленькой комнатке, дети – в большой. На кухне ничего не делили – мы с невесткой всегда вместе решали, что на обед приготовить, как гостей угостить.

Я ее многому научила – она ведь кроме вареной картошки да макарон и рецептов не знала. Сынок на заводе уже мастером стал, зарплату побольше чем многие приносил.

Катя в банке операционисткой трудилась, я пенсию получала и работу не бросала. На все хватало, Ленька даже машину купил, джип дорогущий. Жили хоть и дружно, но разными «домами» — у меня свой бюджет, у них – свой.

Кто на что деньги тратил – не лезли, не узнавали.

И вдруг стала я замечать, что невестка то в дом отдыха одна поедет, то с подружками на Гоа полетит на недельку. А Ленька мой дома все отпуска просиживает. И вроде так мирно у них это выходит, как будто так и должно быть – муж и жена порознь время проводят.

Не хотела я в душу сына лезть, но не выдержала, спросила. Оказывается, они машину купили в кредит – Катя очень хотела именно джип, а своих денег на него не хватало.

Так и влезли в кабалу эту. Купили-то купили, но хитро очень – машина оформлена на имя Кати, а кредит – за Леней числится. Вот и стала Катюша-тихоня сына моего увещевать – мол, пока с кредитом не расплатишься, на поездки у тебя денег нет. И сама главное ни копеечки не дает на погашение долга.

Ей-то зарплаты и на отдых, и на платья хватает.

Леня как будто бы не обижается, исправно взносы выплачивает, Катюшку в аэропорт отвозит, сувениры с радостью рассматривает, которые она нам привозит из каждой своей поездки, а сам дома, у компьютера сидит, в социальных сетях общается с приятелями и в игры разные играет. Вот теперь думаю я все, думаю, а правильно ли Леня решил? Разве же не вдвоем поровну все тяготы и лишения нести должны и муж, и жена?

Ведь так незаметно и разойтись можно — интересы у супругов разные больно, время по одиночке все больше проводят. Сын-то у меня под боком — знаю, что никого не приводит, с женщинами не общается. А Катя? Кто знает наверняка, с кем она к морю едет, с кем вечера коротает?

Когда Леньке об этом намекнула – разозлился, заявил, что Катерине доверяет полностью; что муж на то и мужик, чтобы на жизнь зарабатывать, а жена – на шпильки и развлечения пусть свои копеечки тратит. Но мне-то обидно – сыну ведь уже за 40, так и не увидит он ни моря Красного, ни архитектуры готической – ничего, дальше дачи в 40 км от нашего города. Ведь уже наметили они шубку Катеньке прикупить, норковую, от кутюрье какого-то… Ирина Владимировна, 65 лет Поделиться Предыдущая статьяСледующая статья Правда, выше любого закона!

А справедливость выше правды!

Выше справедливости милосердие!

А выше милосердия Любовь!

Будущее туманно

Я ушла с работы. Марина не отставала, звонила всё время и угрожала.

В отчаянии я пригрозила, что сделаю аборт, если она не отстанет.

На время моя подруга успокоилась, а потом снова стала грозить судом. Тогда я решила действовать через Марата. Он сказал матери, что уйдёт из дома, если она не успокоится.

Марина вроде успокоилась, взяв с сына слово, что он не будет со мной встречаться. Марат сначала артачился, но я его уговорила — объяснила, что мне нельзя сейчас нервничать, может пострадать ребёнок. Я уехала к сестре в другой город.

Пока отсиживаюсь у неё. Здесь море, фрукты, тепло. В салон красоты планирую устроиться, как только токсикоз пройдёт.

Марина больше не беспокоит, я сменила номер телефона. Даже Марат его не знает. Иногда сама ему звоню.

Говорит, что скучает. Он сдал экзамены, поступил в институт. Говорит, найдёт работу и заберёт нас к себе, а через полтора года, как только ему исполнится 18, мы распишемся. Не знаю, как я буду жить эти полтора года.

Чувствую себя как Сара Коннор: прошлого нет и будущее туманно. Хорошо хоть, сестра рядом. Все имена героев изменены. Читайте также: Автор: обозреватель 0 Публикациине найдены

Мама школьника рассказала о первой интимной близости сына с учительницей

20:38 25.04.2016 Мама 15-летнего школьника, вступившего в связь с 28-летней учительницей, рассказала о первой интимной близости сына со взрослой женщиной.

Об этом сообщает сайт KP.RU. © Фото: ВКонтакте Мама 15-летнего школьника, вступившего в связь с 28-летней учительницей, рассказала о первой интимной близости сына со взрослой женщиной. Об этом сообщает сайт . Мать подростка рассказала изданию, как обнаружила интимную переписку школьника с учительницей. Судя по сообщениям, первая сексуальная связь у несовершеннолетнего и женщины произошла в подъезде.

«В переписке я прочитала, что первый интим происходил в подъезде какой-то многоэтажки.

Вот на что она способна», — цитирует KP.RU слова мамы школьника. Женщина также рассказала, что ее сын выдумал, будто встречается со своей одноклассницей, а сам ходил на свидания с учительницей.

Мать заподозрила неладное, когда подросток стал врать и ссориться с родными, но тогда женщина решила, что причина всему — переходный возраст.

Когда однажды школьник забыл дома телефон, женщина не удержалась и . Увиденное шокировало ее.

«Я увидела фотографии, где мой мальчик целуется с взрослой женщиной, пишет ей слова любви»

, — рассказала мама.

На заднем фоне на фото женщина узнала постельное белье и обои. Наталья поняла, что встречи «влюбленных» проходили у нее дома.

«У меня закралось подозрение, что эта женщина – педагог. Потому что на фотках, которые я нашла, виден учительский стол, тетрадки и все такое. Представляете мой шок? Они приходили к нам домой, пока я была на смене. И мой трехлетний ребенок, который оставался с сыном, был всему свидетелем», — возмутилась мама.

И мой трехлетний ребенок, который оставался с сыном, был всему свидетелем», — возмутилась мама.

Кроме того, учительница занималась с подростком сексом и в собственной квартире, пока двое ее маленьких детей спали. Женщина обманула даже свою мать, сказав ей, что ее возлюбленному не 15 лет, а 20. по статьям

«половое сношение с лицом, не достигшим шестнадцатилетнего возраста»

и «развратные действия, совершенные в отношении лица, не достигшего шестнадцатилетнего возраста».

28-летняя женщина свою вину уже признала.

  1. ТЕГИ:

LJ Magazine

08:19 am — Мать и сын.

Рассказ первыйУдивительное — рядомПРОКЛЯТИЕ МАТЕРИ Но самую роковую историю своей жизни Лида Давыдова рассказала мне сама. Рассказала лет 10 назад, когда я зашел к ней по делу на дачный участок ( жена Деля была в отъезде).

Разговорились под настроение, совершенно на трезвую голову. Всплыла редкая история из её жизни.

Выяснилось, что однажды, работая в институте, Лида возвращалась из Москвы из командировки.

И оказалась ночью в купе наедине с молодым мужчиной, почти парнем. Тот нахраписто «полез» на неё, пятаясь ИЗНАСИЛОВАТЬ.

К такому обращению Лида не привыкла. Вызвала проводника и попросила милицию.

Обоих высадили на какой-то станции, возбудили против парня уголовное дело… Суд состоялся, и похотливого грубияна осудили на несколько лет лишения свободы.

Перед судом мать парнишки со слезами на глазах уговаривала Лиду отозвать своё заявление из суда. Наверное, такой вариант был бы гуманным. Но, очевидно, тут-то ГОНОР и самолюбие у Давыдовойвзяли верх (хотя иной скажет: женщина должна ценить своё человеческое достоинство).

Когда уговоры на Лиду не подействовали, убитая горем женщина-мать, произнесла жестокие слова: — БУДЬ ТЫ ПРОКЛЯТА ! И проклятие, как Божья кара, начало действовать уже скоро… Героиню очередного рассказа, не придуманного (в отличие от сценариев многочисленных телесериалов), Лиду Давыдову , знаю давно-давно по общим кампаниям, а в последнее время – по концертам в частном музыкальном салоне«У ФЛОРЫ» (кстати, Флора – популярное в Татарстане женское имя, как и Флюра).

Лида сначала была нашей соседкой по даче, а с недавних пор получила двухкомнатную квартиру неподалёку от нас. И живет вдвоём с 45-летним неженатым сыном Владиславом, высоким и внешне симпатичным парнем, которого я, однако, видел лишь мельком, когда заходил в квартиру … Написать о ней собирался года два-три.

Вроде бы хорошо знаю её биографию: первый муж, летчик, погиб, когда сыну Владу было пять лет. Потом была замужем, но недолго. И практически всю жизнь прожила женщиной свободной.

Характером не унывающая, внешности недурной, образование – средне-техническое. Женщина компанейская, неглупая, но довольно самолюбивая и временами – резкая (рубит правду-матку в открытую).

Критические замечания в свой адрес не любит. Быть может, потому в личной жизни везло ей несильно-то.

А сейчас и здоровье подводит, так что пришлось недавно оставить нетяжелую, но ставшую обременительной работу.

Собравшись писать о Лиде, вдруг обнаружил, что кое-чего существенного не знаю. Например, её точного возраста, был ли муж-летчик офицером или гражданским пилотом, погиб при авиакатастрофе или иным образом. Выручила меня совсем недавно её родственница Алевтина (все имена и фамилии здесь изменены).

Родственница приехала на денёк к дачнице-дочери (ей Лида продала свой участок).

Алевтина – школьная подруга моей жены Дели аж с ПЕРВОГО класса .

Так что я знаком и с Алевтиной (Алей) много лет. С Алей мы вдвоем как попутчики шли однажды от дачного товарищества до дебаркадера КЛЮЧИЩИ. Поговорили о здоровье ( у обоих от гипертонии шумит в голове и кружатся перед глазами «червячки»).

А потом я уж спросил напрямую: — Аля, хочу немного разузнать о твоей двоюродной сестре Лиде… — Гена, так она моя сестра РОДНАЯ!

Оказалось, что у милых женщин-пенсионерок общая мать (умерла недавно на 93-м году жизни), а отцы – разные. Аля родилась до войны ( в 1936-м году), а Лида – в 1941-м. Муж Лиды был лётчиком гражданской авиации и попал в аварию на земле: разбился на мотоцикле.

То было в Приморье, на Дальнем Востоке… Оттуда Лида вернулась с ребенком на родину в Казань тотчас после смерти супруга.

И очень скоро знакомые и родня подобрали ей подходящую пару: майор-вдовец Ефименко имел того же возраста, как и Влад, дочку, был перспективным офицером, служа в Пермской области. Уговоры дали результат. Брак состоялся.

Но продлился года полтора. Потом Лида в военном городке около Перми заскучала.

Надоели ей одни и те же «рожи» ( её собственное выражение).

Она вернулась с сыном в Казань к матери и стала работать инженером в лаборатории одного из крупных казанских втузов (не называю его для «конспирации»). Здесь образ жизни свободной женщины ей понравился: отбоя от институтских мужчин не было, многие норовили с ней сблизиться. Я спросил Алю: — Лида была в молодости красивой?
Я спросил Алю: — Лида была в молодости красивой?

— Да, пожалуй, нет, просто завлекала мужиков своим кокетством и норовом… Ну а дальше как обычно: мужики охотно флиртовали, но никто не собирался бросать своих жён. А майор Ефименко получил направление в Москву, в академию. И когда Лида приехала к нему на встречу в столицу, оказалось, что у него уже другая женщина.

Поздно спохватилась! После этого в законном браке Лида ни с кем не состояла. Видели мы, например, её на даче с моложавым военпредом в отставке Михаилом. Вроде бы мужик подходящий, с жильем.

Но эта связь не стала прочной. Алевтина полагает, что Михаил был не вполне психически вменяемым человеком. Но самую роковую историю своей жизни Давыдова рассказала мне сама.

Рассказала лет 10 назад, когда я зашел к ней по делу на дачный участок (жена Деля была в отъезде). Разговорились под настроение, совершенно на трезвую голову.

Всплыла редкая история из её жизни.

Выяснилось, что однажды, работая в институте, Лида возвращалась из Москвы из командировки. И оказалась ночью в купе наедине с молодым мужчиной, почти парнем. Тот нахраписто «полез» на неё, пятаясь ИЗНАСИЛОВАТЬ.

К такому обращению Лида не привыкла.

Вызвала проводника и попросила милицию. Обоих высадили на какой-то станции, возбудили против парня уголовное дело… Суд состоялся, и похотливого грубияна осудили на несколько лет лишения свободы. Перед судом мать парнишки со слезами на глазах уговаривала Лиду отозвать своё заявление из суда. Наверное, такой вариант был бы гуманным.

Наверное, такой вариант был бы гуманным. Но, очевидно, тут-то ГОНОР и самолюбие у Давыдовойвзяли верх (хотя иной скажет: женщина должна ценить своё человеческое достоинство).

Когда уговоры на Лиду не подействовали, убитая горем женщина-мать, произнесла жестокие слова: — БУДЬ ТЫ ПРОКЛЯТА ! И проклятие, как Божья кара, начало действовать уже скоро.

Сын Лиды Владик (она его и сейчас называет вот так, уменьшительно, а не Влад или Владислав Иванович) в 16 лет попался на ГРУППОВОМ ИЗНАСИЛОВАНИИ и был осужден на несколько лет колонии для несовершеннолетних преступников. По выходе из колонии он увлекся НАРКОТИКАМИ и чуть не ослеп от злоупотреблений зельем.

Поселившись в Москве, он вроде бы остепенился и жил с женщиной и её ребенком от первого брака. Но перебирал спиртного, и та его прогнала.

Вернувшись в Казань к матери, Влад связался с какими-то грабителями, потому что постоянно одаривал мать кулонами, часами и цепочками сомнительного происхождения. Затем вроде бы работал, но не вылезал из судов то за разбитые чужие машины, которыми он заруливал, то за недостачи денег и ценностей в пристроившей его фирме. Весь заработок у него и сегодня уходит на игру за автоматами, этими однорукими бандитами.

Игровая зависимость у него сохраняется стабильно несколько лет.Фото из Интернета Лида давно устала от сына, но любит его.

Тем более, что он её не обижает (по крайней мере никогда она на это друзьям не жаловалась). А все его пороки покорно сносит и на полном серьёзе считает Божьей карой, которую накликала на неё ПРОКЛЯВШАЯ МАТЬ несостоявшегося насильника … У меня есть несколько фотографий Лиды Давыдовой (она не раз мне позировала, да и вдвоём сфотографировались в апреле в оперном театре), но из этических соображений их здесь не прилагаю. Уголки рта и веки глаз у неё опущены книзу, выражение лица постоянно печальное.

Настроение редко жизнерадостное. Сожалеет ли она, что когда-то посадила за проволоку молодого мужчину? О том напрямую я её никогда не спрашивал… Село Ключищи, 28 августа 2009 года Дополнение от 13 апреля 2013 года:Смотри финал по адресу: Tags:

Читать онлайн «Сборник инцестов [СИ]» автора Oldman — RuLit — Страница 61

Загрузка.

Отец, тоже не отвлекаясь от наблюдения, наощупь небрежно сунул член в маму сразу попав в нужное место.

Еще бы, не хватало ему промахнуться после стольких-то лет семейной жизни! Я покосился на Олжаса. Он открыв рот смотрел на моих родителей забыв про трио вдалеке.

Ну конечно, здесь, если приглядеться, можно было разглядеть даже волоски на натянувшихся вокруг члена маминых губках. К тому же отцовы сильные толчки сопровождались мамиными невероятно эротичными вздохами, тихими, но от того не менее возбуждающими.

Отвлекшись, я пропустил момент когда трио впереди закончило свою оргию. Тетка, расставив ноги, сосредоточенно вытирала промежность а мужики застегивали брюки. Покончив с гигиеной, тетка подхватила мужиков под руки и поволокла прочь. Моим же до конца было еще далеко. Отец не торопясь резкими толчками вгонял в маму член, медленно потом вынимая.
Отец не торопясь резкими толчками вгонял в маму член, медленно потом вынимая. Мама, увидев что троица ушла, позволила себе стонать чуть громче и нагнулась еще ниже, вцепившись в стоящую перед ней сосну.

В таком положении нам еще лучше было видно как толстый отцовский член, влажно блестя, входит в нее. Рядом со мной громко сопел Олжас.

На мгновение отвлекшись, я бросил взгляд на его пах, увидев там вполне ожидаемое — руку, мнущую огромный бугор на штанах. Мама негромко вскрикнула дождавшись оргазма. Как я знал из собственного опыта сейчас ее влагалище несколько раз сильно сжало находящийся в нем член.

Отец замер, прижавшись к ней, постоял так с минуту и выдернул уже не прежнего гордо торчащего красавца а уныло повисшую сардельку. Мы неслышно отступили назад и отойдя на десяток шагов чуть не бегом бросились к санаторию.

Еще не хватало встретится с отцом и мамой в парке и навести их на ненужные подозрения. — Трахаться-то как хочется! — Олжас скривился и в очередной раз потер пах рукой когда мы оказались в его номере. — Подрочи. . — порекомендовал я ему веками проверенный способ.

Мне тоже хотелось, но благодаря тетке не настолько сильно. Я вполне мог потерпеть до вечера, пока отец уедет а мы с мамой ляжем спать.

— Вот еще! — возмутился Олжас — Надо мать найти.

Где хоть она ходит? — Да здесь где-то наверное. Ты же сам должен знать где она обычно бывает. — Пошли поищем. — предложил он. Обойдя все места, которые его мать когда-либо упоминала и нигде ее не обнаружив Олжас начал понимать что здесь что-то не так. — Суббота. — объяснил я ему причину неудачи. — Выходной же! Процедур нет, так что с обычными днями не сравнивай.
— Выходной же! Процедур нет, так что с обычными днями не сравнивай.

— А что ж делать? — заныл он — Я сейчас точно кого-нибудь изнасилую!

— Только не меня! — Ты не в моем вкусе, успокойся!

Вон ее лучше! — Олжас указал на какую-то тетку, в одиночестве направлявшуюся в парк. — Не-не-не, не надо, она страшная!

Пойдем лучше в номер! — я потащил его в здание, оберегая от необдуманных поступков. — Может еще поищем? — сопротивлялся он.

— Где? Везде уже были. Пошли-пошли, лучше в карты перекинемся. Карты отвлекли Олжаса на какое-то время.

Его мать все не возвращалась. Перед ужином я сбегал к своим, надеясь что за время моего отсутствия он все же подрочит и успокоится.

Мама с отцом и теткой сидели у нас. Отец собирался уезжать, а женщины уговаривали его остаться на ужин, потому что им, видите ли, без него будет скучно.

А вот после ужина пусть едет куда хочет.

Отец еще отказывался, но по нему было видно что останется.

— Хорошо, только я за рулем, пить не буду! — в конце концов согласился он. А и не надо! — обрадовалась тетка — Пить мы и сами можем, правда.

Нин? Мама согласно покивала. Поняв что не особенно здесь нужен, я вернулся к Олжасу. По его виду было понятно, что моим отсутствием он не воспользовался. — Пошли жрать! — потребовал я.

— Пошли. В столовой народу оказалось необычно много. Видимо многие решили отметить выходной подобающим образом.

Некоторые компании судя по всему сидели здесь еще с обеда. Мы, по малолетству еще не привыкшие к шумным и длительным застольям, быстренько перекусили и направились к лестнице.

Олжас все время вертел головой, выискивая мать, но как и раньше безуспешно.

На полпути нам встретились спускающиеся отец с мамой и теткой. Я отрапортовал что мы уже поели, а Олжас старательно смотрел в пол не поднимая глаз. Зато потом долго провожал глазами спускающуюся по ступенькам маму покачивающую обтянутым узкими джинсами задом.

А может и тетку — та тоже вырядилась не менее соблазнительно.

Я не стал ему мешать. Наконец мои родственники скрылись из виду и мы двинулись дальше.

Часть Третья — Ребята! Можно вас на минутку?

— обратился к нам какой-то мужик на лестничной площадке третьего этажа. Площадка, как и все в этом здании, размером была намного больше средней и если бы нас не окликнули мы бы так и свернули на свой этаж никого не заметив. Теперь же мы остановились, повернувшись на голос.

У противоположной стены, перед лестницей наверх, покачиваясь, стоял мужчина в костюме и при галстуке поддерживая свою даму. Дама, в настоящем вечернем платье до пола, с оголенной спиной, тяжело опиралась на него и глядела куда-то вбок. Мы подошли. При ближайшем рассмотрении оба оказались пьяны, причем если мужик еще как-то держался, то тетка была вообще никакая.

— Ребята, вы мне не поможете?

— попросил мужик — Надо ее до номера довести, а я один больше не могу. Мы на четвертом живем, один пролет остался.

Несмотря на то что женщина была довольно худенькой и ростом не выше нас, мужик тоже габаритами не отличался и на мой взгляд даже удивительно как они сюда-то добрались.

Скорее всего, поначалу она хоть как-то шла сама, а теперь и на это не способна. — Конечно поможем! — Олжас с готовностью поднырнул под ее руку, подставляя шею.

Я сделал то же самое с другой стороны. Таким образом, мужик оказался вовсе не у дел и плелся сзади, бормоча.

— Вы, ребят, извините что отвлек.

но я ее в самом деле не дотащу.

У нас годовщина сегодня. пятнадцать лет. ик! . со дня свадьбы. Решили вот отметить. да перебрали. Мы вообще-то непьющие, вот с непривычки и развезло.

. Я слушал все это краем уха, внимательно глядя вниз. Длинное платье так и норовило попасть под ноги. Тетка и сама наступала на него через раз.

Когда кончились ступеньки стало полегче.

Мужик обогнал нас и с пятой попытки попав ключом в замок открыл дверь.

— Ребята, сюда, пожалуйста. Вон, сажайте ее на кровать. Отойдя в сторону и освобождая проход он вдруг изменился в лице. — Ох, твою мать! Сумочку забыл!

Ребята. — обратился он к нам — Там в столовой сумочка ее осталась!

Я сбегаю, а то уведут же! А вы посадите ее и идите, только дверь прикройте! Спасибо вам! Не дожидаясь ответа он развернулся и заторопился к лестнице. То есть он может и думал что торопится, но на мой взгляд просто медленно брел по коридору держась за стеночку.

Мы внесли даму в номер и попытались усадить на кровать. Она просидела так ровно две секунды и медленно завалилась на спину не открывая глаз. — Э-э-э. мадам. — потряс я ее за плечо.

Она не отреагировала, мирно посапывая. — Ладно, пошли. — повернулся я к выходу. — Подожди. — Олжас стоял, вглядываясь в безмятежное женское лицо.

— Здорово она напилась. — Пойдем.

— Сейчас. Дай хоть глянуть. Он присел перед ней и осторожно приподнял платье, второй рукой раздвигая ее колени.

Мне тоже стало интересно, я присел рядом с ним. — Ух ты! На даме были тончайшие белые чулочки, натянутые до самого паха и трусики из маленького треугольничка ткани, не прикрывающие полностью даже выбритые губки. — Да-а-а. Наверное, хотела поздравить мужа с годовщиной половым путем.

— сделал вывод Олжас, без труда сдвигая трусики в сторону.

Я заметила у сына сексуальное влечение ко мне

Екатерина, добрый день.

Вашему сыну 16 лет, а значит у него в организме активно идет гормональная буря, и повышенный интерес к сексуальной сфере обусловлен в том числе ею.

Эта ситуация носила бы здоровый характер, если бы он направлял своё внимание на ровесниц, подруг из своего окружения.

Вы пишете о том, что воспитываете сына одна — такая ситуация всегда является сильной психологической нагрузкой и на мать, и на ребенка, и имеет ряд особенностей. Не перепутались ли у вас в семье роли? По другим вопросам ведете ли вы себя с ним как с сыном или в чем-то по функциям он встал на место вашего супруга?

Ситуация, когда парень в его возрасте открыто проявляет сексуальное желание к матери, свидетельствует о серьезных проблемах в формировании сексуальности и психики. Чтобы вы правильно понимали — ситуация уже критическая.

Если, как вы пишете, «дойдет до секса»,— это может нанести непоправимую травму. Для него это высочайшая вероятность проблем в отношениях с девушками, проблем в создании семьи, задержки в развитии личности.

Вам обоим это грозит всепоглощающим чувством вины за непоправимый поступок. В ваших силах этого не допустить.

Осознавайте, что вы управляете этим процессом больше, чем он, так как он движем во многом физиологическими импульсами. Он не может сейчас просчитать последствия данной ситуации, а вы можете. Поэтому и ответственность за произошедшее будет в большей степени лежать на вас.

Осознавайте, что если между вами произойдет сексуальный контакт — фактически, он перестанет быть вашим сыном, а вы — его матерью. Нормальные отношения будет поддерживать невозможно. Этого можно избежать, если вы составите с сыном разговор о недопустимости никакого сексуального взаимодействия, обозначите свою позицию твердым отказом.

Однозначно следует очно обратиться к психологу, и вам, и ему.

Я рекомендую вам максимально дистанцироваться на некоторое время, возможно уехать куда-то одной или отправить его (например, в спортивный лагерь, к ровесникам). Это важно, чтобы остановить развитие этой ситуации, чтобы и вы, и ребенок избежали дальнейших серьезных травм и проблем.

Анна Зубкова, специалист

Шокирующая история. Любовь матери и сына. Публикую по просьбе сына после его смерти.

Вовка ПокровскийУра!Мы едем на каникулы.В Крым.Вместе с Вовкой.У нас с ним места на второй полке. Ехать четыре дня. Можно за это время подружиться, поссориться, влюбиться и снова поссориться.Не успев попрощаться с родителями, мы уже взобрались на наши места.

Быстро растелили простыни, взбили подушки и приготовились к путешествию.-Ты что больше всего любишь?- Танцевать.- А я выступать на сцене. Когда смотришь в зал и ничего не видишь, а сердце прямо выпрыгивает из груди.-Здорово, мы с тобой одинаковые.Вовка старше меня на целый год.

Он закончил седьмой класс, а я только шестой. Мы едем в Крым к родственникам на целый месяц. Там будет много яблок, солнца и моря.

Там будет здорово.Открываем верхнее окошко. Ветер врывается в купе. Мы распахиваем рот, хватаем им воздух, нам смешно и весело.

У нас каникулы. И у нас прекрасная компания.Вовка классный.Он такой симпатичный, белобрысый, веселый и отзывчивый.

Он чувствует каждое мое желание, он готов соскочить с полки и быстро сбегать за горячей водой, если вдруг мне захотелось чая.Он такой, такой, — и мое сердце екает от восторга.А пока мы лежим на верхней полке. Мы ловим ветер открытыми ртами и поем песни.Те самые, которые мы орали в пионерском лагере.-Гайдар шагает впереди.Или «Набрали мы сосновых веток зажгли в лесу костер».Потом «Нравится мне Вовкина походка, нравится мне Вовкины красивые глаза, нравится мне Вовкина улыбка, милый Вовка, я люблю тебя».

Это уже пою я. Смущаюсь, краснею, но пою. Потому что Вовка мне уже нравится.Ветер. Ветер.Беззаботное детство рвется к нам в купе веселым ветром, которое мы ловим открытыми ртами.Вовка.Вовка Покровский.Я никогда не забуду этот поезд, вторую полку, ветер, рвущийся навстречу нашим разинутым ртам и твою руку, которую ты положил сверху на мою ладонь.Счастье.Тетя ВаляТетя Валя Покровская была красавица.Она всегда была в блузке с жабо, то есть с такими большими воланами на груди.

Но самое главное. Каждый день у нее на голове были кудри.

Не какие — то там мелкие и химические, а такие, как у артисток на фотографиях, которые продавали в киосках.

Я лично обожала рассматривать эти открытки. Там были Татьяна Конюхова, Вия Артмане, Татьяна Самойлова, Анастасия и Марианна Вертинские, Марина Полбенцева. Я покупала эти открытки, если у меня появлялись случайные деньги.

А дома я могла часами смотреть на этих неземных женщин, которые казались мне небожителями.Вот такая прическа, как у этих артисток, была у тети Вали.

Абсолютно русые волосы без всякой краски, ближе к современному блонду, и кудри. Крупные, аккуратные, одна к одной.

Это была не прическа, это была мечта!

Мне казалось, что так в жизни не бывает. Что такие локоны могут быть лишь на открытках с артистками.

Но тетя Валя была живая и настоящая.Она была машинисткой.

Весело печатала на машинке документы и сыпала бесконечными шутками, которые я часто не понимала.Для меня она была неземной красавицей.Да, маловата ростом. Ну и что?А потом?Потом я думала, что когда вырасту, то у меня будут такие кудри, как у тети Вали.Потому что это исполнение всех желаний и мечт.С такими кудрями простой жизни не бывает.Однажды, уже будучи студенткой и приехав на каникулы в родной город, я встретила ее.Не встретила, а увидела лежащей на асфальте возле магазина в центре города. В собственной луже. Кудри были те же, блузка та же.

Только юбка задралась, обнажив несвежие трусики.Она была пьяной вусмерть. Так у нас говорят.Провинциальный город.

Все и у всех на виду.-Бил он ее смертным боем. Ревновал.Это моя мама говорит про тетю Валю и ее мужа, они работали вместе.

Она начала пить.- Дура она, сын стал блатяком, не выдержала, стала пить.Это соседка про тетю Валю.-Нищета достала, только и остались кудри на голове, бигуди же никуда не делись, а все остальное пропила. Да и сынок помог.Это знакомая про тетю Валю.Тетя Валя, тетя Валя.Она так хотела любить. Она нашла и купила бигуди, чтобы кудри были крупными как у артисток, точь в точь.

Даже с похмелья она по привычке накручивала их на ночь, чтобы утром быть как «артистка».Серый и грязный городок.По ночам Валя сильно плакала.Кто послал ее сюда?

Зачем она здесь? У нее корочки техникума, впереди светило отличное будущее.

Но она влюбилась. В голубоглазого, хваткого и наглого Виктора.

Понимала душой, что не ее человек, но он обнимал ее так, что она забывала про все.Он и привез ее в этот захолустный городок на железной дороге.Любил да, так, что задыхалась, падала в обморок, улетала на небеса, с трудом возвращаясь на землю.Только мало.Быстро попал на краже и исчез. На неопределенный срок в края известные.А она уже беременной была.Вовкой.Вернулся, когда сыну 8 было.Ох, и бил ее. И ревновал. И придумывал такие истории, в которых она, якобы, была замешана, это она потоскуха и шалава.Утром же она, как ни в чем не бывало, с кудрями на голове и в блузке с воланами, опять на работе и стучит, стучит на своей машинке.

А Вовка в школе, потом в танцевальной студии. Таланты подает. Ради него стоит и потерпеть.Дотерпелась, пока ее же и не обворовал.

Забрал последнее и исчез. Взяли его уже в другом городе, это она позже узнала, на краже.Даже обрадовалась, свобода пришла.

Можно жить спокойно. И Вовке уже 13, отличный пацан.

И её очень жалеет.Именно этим летом мы ехали с Вовкой в поезде. Нас вместе отправили в Крым. Мама решила поддержать тетю Валю и отправить Вовку с нами в отпуск.Отпуск.Отпускаю горе и печали.Отпускаю слезы и молчанье.Отпускаю горе и обиды.Отпускаю все, что было стыдно.Отпускаю.

Отпускаю. ОтпускаюЭто Вовка. Он кричит отчаянно.Это мы орем на верхней полке.Громко. Весело. И без умолка. Я тогда не понимала Вовку. Он мне казался таким взрослым.

Он знал что-то такое, о чем я даже не подозревала.Но пока мы просто орем и радуемся отпуску.Как мы провели месяц в Крыму, я не помню.А вот поезд, ветер, наши песни, мои первые сердечные перебои я запомнила отлично. Много лет прошло. Я видела Вовку всего один раз. Он шел по нашей улице, я приехала в отпуск к маме, в сторону садовых участков.Мама меня окрикнула: «Посмотри, твой жених пошел!»Я выглянула в окно.

По дороге шел дядька бомжеватого вида.

Походка в развалочку. В углу рта папироса. Небритое лицо. Господи, какой же он маленький.

Метр с кепкой, а мне казался таким высоким. На вид можно дать хорошо за 40. А он старше меня на год.- Блатяк.

Это снова мама.- С матерью живет. Она совсем с ума сошла. За мужа его принимает.-Как это?-Так.Мама сплюнула в сердцах и ушла на кухню.Рассказ ВовкиДа, мы снова увиделись. Не поверите. Он нашел меня в редакции, где я работала.

Мне пришло письмо. Найти меня было легко.

Голос был узнаваемым, я работала на радио. Написал название передачи и мое имя. Передача была очень популярная, потому разыскать меня не было никаких проблем.В письме было написано.»Привет, попутчица.

Это я — Вовка. Помнишь поезд, на котором мы ехали в Крым? Я никогда не был так счастлив, как тогда.

Жизнь казалась бесконечной и замечательной. Сейчас я умираю и потому очень хочу с тобой поговорить. Может, ты захочешь рассказать мою историю.

Когда-нибудь потом. После моего ухода. Приезжай на праздники. Я буду ждать тебя у памятника Ленину»И все.Я ошалело смотрела на конверт, на котором был знакомый адрес, та самая улица, где он жил.Сказать, что я была удивлена, это ничего не сказать.

Если честно, я не очень люблю слушать исповеди, потому что очень близко принимаю их к сердцу. В этих историях бывают такие совпадения, которые задевают за живое, заставляют примерять чужую судьбу на свою, то есть это всегда нелегко. По этой причине я стараюсь не слушать нечаянных разговоров, не общаться со случайными попутчиками, потому что моя рыбья интуитивная натура начинает вживаться в сказанное, а это чревато бессоницей и головными болями.Вот и тут я задумаласьНадо ли мне ехать?

Да, всего четыре часа поездом, но нужна ли мне эта встреча?А на следующий день в редакцию снова принесли письмо. От Вовки.В конверте был листок лишь с двумя словами.»Очень прошу!»Дело было весной.

Самое противное время в моем городке. Степь. Ветер. И грязь.Родственников у меня там почти не осталось. Да и не хотела я к кому-то еще идти.Сняла номер в гостинице.

Кровать, тумбочка, зеркало. Без излишеств.-Ничего, — одну ночь выдержу.Вечером в пять я стояла у памятника Ленину.Вовка уже был там. Он держал в руках уставшую розу.

То есть цветок далеко не первой свежести. Но тем не менее, он пришел с цветком.В щербатом дядьке я с трудом разглядела Вовку.А он запел:

«Нравится мне Вовкина походка, нравятся мне Вовкины красивые глаза, нравится мне Вовкина улыбка, милый Вовка я люблю тебя»

— Что не узнаешь?

Конечно, где тот пацан и где я.Две отсидки. Мать больная. Схоронил я ее.В курсе?- Нет.Про это и хочу поговорить. С нами тут никто не общался в последнее время.

Мол, мы позор города. Мать с сыном живут.

Застали нас однажды.Ты не пугайся.

Я тебе по порядку все расскажу. Пойдем вон в кафе, если не брезгуешь.

Или ко мне, если не боишься. Я же уголовник.-Давай в кафе.Вид Вовки у меня и правда не внушал доверия.- Тебе водочки взять?

Или не пьешь?-Я вина выпью.Пойдем вон туда за угловой столик, чтобы никто не слышал нашего разговора.

Мне покаяться надо. Скоро за мамой пойду.

Но не хочу, чтобы о ней дурная память осталась. Больная она была. Вот и все.Вовка сел в первый раз в тюрьму, когда его батя опять вернулся после очередной отсидки и начал права качать.

То есть снова бить мать и над ней измываться.Он только школу закончил.

Год как в техникуме отучился. Уже область защищал в различных конкурсах: танцевальный ансамбль тогда популярным был.Однажды вечером, когда отец снова разъярился, стал на мать с ножом кидаться, он его этим же ножом и ударил.

Не мог больше смотреть, как мать унижают. От отца защитил, а сам в тюрьму попал.

Потому что удар оказался смертельным.Конечно, суд учел все обстоятельства, но шесть лет ему дали. Оттрубил по полной. Мать писала, посылала посылки, говорила, что ждет.

Пару раз приезжала, но выглядела уже неважно. Но тогда он не знал, что запила его мать. От горя, тоски, одиночества.Вернулся он, когда матери 44 было.

Как на работу ходила, точнее, как работала, он не мог понять. Потому что пила сильно. Частенько ее домой притаскивали, или ему звонили, (он в сумочку в кармашек телефон их квартиры положил), что, мол, приходи забери тетку, она там-то и там-то лежит.

Еще пару лет ее на работе терпели, а потом уволили. За пьянство. Статью не стали писать, типа, по собственному желанию. Пожалели ее.Больше никуда ее не взяли.

Он ей и бигуди с вечера накручивал и блузку гладил. Нет, ее хватало лишь до первого магазина.

Где деньги брала, не понятно.-Представляешь, я ей кудри накручивал? Её знаменитые? Специально купил такие, которые в кипятке варятся.

Только так мог ее усмирить. Она знала, что горячо, потому терпела, иначе невозможно было. Она куда-то рвалась, бежала. Все пальцы сжег, пока привык бигуди из кипятка доставать.

Но и это было не самое худшее.А потом у нее климакс случился.В этом месте Вовка как-то даже засмущался. -Ничего, что я такие подробности тебе говорю? Но это важно. Чтобы ты поняла.У неё с головой на фоне пьянства и так уже плохо было.

А тут эта женская болезнь. Она не соображала уже, кто я и почему в ее квартире. Разденется бывало догола, ляжет на кровать, ноги раскинет и кричит: «Иди, возьми меня. Хочу тебя. Сейчас умру» И что творила.

Что творила!Вовка уткнулся головой в ладони.- Стыдно сказать.

Я же не железный. Иногда думал, а что такого?

Успокоится и уснет. Ничего не поймет. А потом. Нет, не могу. Она моя мать.А у нее приступы бешенства. Все дома крушить начинает.В один из таких дней к нам как раз и пришла знакомая.Я открыл сдуру, а тут голая мать выскочила и начала орать, что я не люблю ее, брезгую ей, а она мне всю жизнь отдала, что не жалею ее, а раньше любил и пользовался.Сами понимаете, как знакомая отреагировала.Вот и пошли слухи, что я с собственной матерью живу.А это неправда.Мать больная.

Это да. Счастья у нее не было — это да.Я даже уточнил, как ее болезнь называется по-женски. Когда мужчина очень нужен, чтобы этот огонь погасить. Но это не важно.Я хочу про мой грех искушения рассказать.Я как из тюрьмы пришел, а мне там дважды удалось побывать, тоже любви хотелось.

Телесной, плотской. Без всяких там флиртов и ухаживаний. И были девки, что давали. Просто так за стопарь.

За слово доброе. Но это все не то. Они были не чета моей матери.

Даже в старости и в болезни. Никогда бы я им не стал кудри накручивать. Пальцы обжигать, блузки гладить. Не достойны они были этого. Моя мама была достойна.

Она просто красавица. Да, как артистка с картинки.Когда она начинала с ума сходить, когда раздевалась до исподнего, когда лезла ко мне в пьяном бреду, когда рвала на мне пуговицы, честно, я очень ее хотел. Но я не перешагнул. Не осмелился.Вовка выпил залпом рюмку и попросил принести еще одну.- У меня туберкулез, я скоро сдохну. Считай, что это исповедь. И очищение.

Имени матери.Она достойна доброй памяти.Она спала пьяная. Растрепаная. Широко раскинув ноги. Её плоть, окутанная кудрявыми белыми волосами, взволновала меня безумно.

Её п. была прекрасна. Я любовался ей. Мне хотелось впиться в нее губами. У меня давно не было бабы. Я хотел, желал, жаждал.

Мой член вздыбился, налился кровью, мне уже не хватало сил удерживать себя. Мне казалось, что он готов пробить стену, а не эту розовую и пахучую плоть.

Да, мне очень нравилось, как пахнет мать.

Она кормила меня грудью почти до трех лет. И мне снова хотелось умереть в этом запахе.Ты — женщина, ты не поймешь, что испытывает мужчина, когда им овладевает страсть.Еще секунда и.

Я бы овладел матерью.И тут как будто кто-то мне сверху крикнул.

Очень громко.Это твоя мать!И тут я опомнился.Господи, спасибо!Спасибо, господи!Никогда.Я выскочил на улицу, нашел мою знакомую «за стопку» и драл ее часа два беспрерывно, думая лишь о том, что я чуть не совершил самый страшный грех.Для меня это грех!Непростительный.Я буду ей закручивать кудри, таскать ее на себе домой, убирать за ней блевотину, но никогда, никогда не прикоснусь к ней как мужчина.Я — СЫН.Это Вовка сказал громко и с вызовом.

Водка начала действовать, потому он стал говорить громче.

В голосе появилась злость и отчаянье.-Успокойся, Вовка.

Я помню тот вагон, и наши вторые полки, и твою руку на моей. Ты же очень хороший. Но вот так вышло. Я любовалась тетей Валей. Ты — молодец.

Я напишу вашу историю. Не бойся, вас не будут осуждать.

Я защищу память твоей матери и тебя.Вовка рыдал.Рыдал в полном смысле слова. Мужик, еще совсем не пьяный, рыдал.Нет, не плакал.

Именно рыдал. Взахлеб. Как в детстве.Я начала гладить его по спине. Потом села поближе и прижалась к нему.Он странно пах.

Нет, не противно. Мне показалось, что он пах тем ветром, который мы с ним хватали ртом. Пыльным, с запахом солярки.Видимо, и Вовка это почувствовал. Он перестал рыдать. Он прижался ко мне и просто, как мне казалось, нюхал меня.

Мы снова были с ним в том самом вагоне, и в том самом поезде, который вез нас к счастливому детству.Я просидела с Вовкой до закрытия кафе.Он больше ничего не говорил. Он оставался там, на верхней полке, где ветер и счастье.Официантка подошла и сказала, что кафе закрывается.Вовка засуетился.- Я заплачу.-Не надо.

Ты уже заплатил.Я отдала официантке тысячу рублей.Мы вышли на улицу.

Ленин стоял на том же самом месте, по-прежнему указывая путь к всеобщему счастью, в воздухе кружились окурки и пакеты, подхваченные озорным весенним ветром.Было грязно. Как всегда в этом городе: неуютно и тоскливо.Вовка протянул мне какую-то бумажку.-Зачем?- Прочитай.Я развернула. Размашистом почерком врача было написано, что Владимир Покровский направляется на операцию по удалению чего-то там.

Мне был непонятен диагноз. Врач, видимо, был виртуозом по написанию подобных документов. Чтобы никто ничего не понял.-Что это?-Последняя стадия рака.

Не парься. Потому я так и торопился.

Прошла жизнь, хотел лишь, чтобы о матери память была светлая.

Пусть не говорят о ней гадости.

Так получилось. И все.Я делал все, что мог.

Но уже было поздно. Мама была очень хорошая.

И никакие мы там не «кровосмесители», хотя и могли бы ими быть.

Я не смог. Хотя думаю сейчас, если бы не мои принципы, то, может, и мать бы жила подольше. Она так тяжело перенесла свой уходящий женский возраст.

Мама была прекрасна. Я лично в последний раз накрутил ей кудри, чтобы уложить в гроб.

Я не знал, что волосы уже становятся непослушными. Их невозможно накрутить. Тогда я просто загнул их так, как они лежали у нее раньше. И в гробу мама снова была молодой.

И очень красивой. Очень. Я просидел с ней рядом два дня.

Я не спал. Просто смотрел на нее и разговаривал. На похороны пришли ее сотрудники. Не все. На железной дороге она проработала почти 30 лет.

Пожалуйста, напиши про нее. Она хорошая.

Не такая, как о ней говорят люди. Она просто болела. Прошу тебя!Вовка уходил, ссутулившись и как мне показалось, постарев еще на десяток лет.

Он тяжело шаркал видавшими виды ботинками, он прятал руки в карманы, он старался стать еще незаметнее и непривлекательней.Уходила часть моей жизни.

Лучшая часть.-Милый Вовка, я люблю тебя!Жаль, я не смогу тебе этого спеть. Даже в шутку. Вовка умер ровно через неделю после нашей встречи.Я успела.Его похоронили рядом с тетей Валей. На фото она именно с теми кудрями, которые я помню.А Вовкина фотка из танцевального ансамбля.

Он исполняет танец в присядку. Это самый сложный элемент. А он мог.

Так его и запечатлел фотограф. Он очень красивый на этом фото.

Такой, в которого я когда — то почти влюбилась.-Милый Вовка, я люблю тебя!Я люблю воспоминания, связанные с тобой.Я люблю ветер, я люблю его ощущение в моем распахнутом рту, его перекаты в гортани и наше общее счастье.И оно будет всегда связано с тобой, Вовка!Спасибо тебе за встречу.Тогда и потом.Ты остался для меня человеком.Человеком.И мне все равно, что скажут твои бывшие соседи.

Мать и сын

Мальчик старался спрятать свой взгляд от глаз матери. Он чувствовал, как против воли из правого глаза катится холодная, подлая слеза — а это ей совсем не понравится.

Ее жестокая и сильная рука, охватив своими длинными когтистыми пальцами нижнюю челюсть, с остервенением тянула слабую головку ребенка вверх. — Смотри мне в глаза, гадкий крысеныш! — сверху вниз, кричала она так, будто бы он стоял где-то на расстоянии, а не тут, в нескольких сантиметрах от нее.

— Отвечай мне, ты зачем ушел, когда я тебе ясно приказала ждать меня возле магазина.

Сказала — стой на одном месте. Ты слабоумный, если это не способен понять!

— Но мама. — он поднял слезящиеся глаза, одновременно пытаясь коснуться ее руки, и жалостливо посмотрел на мать, стараясь выразить этим взглядом, все свое искренне желание извиниться перед ней, и ту, не менее искреннюю и сильную любовь, что он всей душой ощущал так же явно, как и то, что его проступок справедливо заслуживает подобного к нему обращения. Любовь заставляла чувствовать себя виноватым, она же в его глазах наделяла маму высшей, непостижимой его детскому разуму, справедливостью и правотой. — Ах ты еще и плачешь. Жалкое, безвольное существо.

Мне стыдно за тебя — кто же это вырастет. кто, — ее голос дрогнул, она выдернула свою руку из его и отвернулась.

Спина, видная ребенку вздрагивала, от сотрясаемых все тело беззвучных рыданий.

Она притворялась. Он понял это сразу, но лучше от этого не стало.

Он не думал, почему ему нельзя плакать, а ей можно.

Хотелось лишь взять ее за руку и тихо, спокойно идти. куда угодно — разве это так важно? Он больше ни в жизни не посмеет ослушаться — знание это было также для него верно, как и бесконечная правота матери.

В вечном мгновении личной любви он испытал ту убийственную и воскрешающую силу, оставившую в детской его душе отпечаток на всю жизнь. Десять лет спустя. Ему было шестнадцать, и он был.

жалким человеком. В красивом лице больше не было детской наивности, каждая черточка была создана высокомерием, каждое выражение имело в своей основе часть его эгоизма. Лишь в глазах отражалось что-то игривое, детское и доброе. Они наполняли лицо смыслом. Давали ему шанс.

По опрометчивому предположению матери, он вовсе не был слабоумным и даже наоборот — где-то хитрым, где-то жадным, а где-то твердым и неприступным, где? Всегда там, где того требовала его прихотливая натура.

Они шли вдвоем с матерью. Ее лицо было бессмысленно и отстраненно.

Медленная, неуверенная походка раздражала сына. — Ну же быстрей. Мне потом к другу еще нужно зайти, а так мы только к вечеру туда дойдем.

Она обожала сына и все отдавала ему.